Внутри произведения искусства: как живут в домах Фрэнка Ллойда Райта

Спустя много лет мечта сбылась. Пандемию 2020 года уже повзрослевший Мейер застал с женой в Сан-Франциско, а когда удаленка захватила корпоративный мир, они задумались о переезде в штат с более доступными ценами. «‎С детства я понимал, что хочу жить в доме, который будет иметь свою архитектурную ценность», — рассказывает Нейт. Так они оказались в Мичигане — сначала в доме, дизайн которого создал Фрэнсис Ред Уорнер (Francis «Red» Warner), «‎последователь» Фрэнка Ллойда Райта, тоже работавший в концепции органической архитектуры. А когда спустя пару лет совсем неподалеку выставили на продажу уже проект самого Райта, дом Гетч-Винклер (Goetsch–Winckler House), сомнений не возникло — эту возможность нельзя было упустить.

«‎Здесь я чувствую себя частью природы вокруг. Дом стоит на вершине холма, поэтому, когда смотришь в окна, кажется, будто ты паришь среди деревьев», — рассказывает Нейт. Особняк Гётч-Винклер для Мейеров стал их «‎резиденцией выходного дня» — как в свое время стал Дом над водопадом для семьи Кауфман (для них Райт и разработал тот проект). И такой формат стал неожиданным плюсом для самого дома: дом был построен в 1930-х годах, поэтому это не самое комфортное жилище для XXI века. В сравнении с современными стандартами он плохо утеплен, нет кондиционера, стирка превращается в настоящее испытание, а еще в доме полно насекомых. «‎Думаю, если бы мы жили здесь постоянно, мы бы не так наслаждались этим местом. Так что нам удалось найти идеальный баланс».

The Parker House. Оук-Парк. Иллинойс

Этот дом в пригороде Чикаго — одна из ранних работ Райта, причем тайная: в конце XIX века он работал в бюро Adler & Sullivan, сотрудникам которого было запрещено брать частные заказы — что, впрочем, не остановило молодого архитектора (и впоследствии привело к его увольнению — может быть, и к лучшему). На первый взгляд почерк Райта здесь незаметен: дом спроектирован в архитектурном стиле королевы Анны — с эклектичной асимметрией, сложной крышей и фактурными материалами. Но Гленн Бёрр (Glenn Burr), сегодняшний владелец особняка, говорит о нем так: «Райт оказал огромное влияние на архитектуру, а у нас есть возможность побыть свидетелями начала его пути‎».

Бёрр с женой и детьми переехал сюда в 2022 году из Далласа. Когда он впервые увидел дом, подумал: «‎Это очень искусная работа». Кухня была очень светлой, и там было много места для большой семьи. Во время просмотра дома дети сразу же начали весело бегать по третьему этажу — и это стало куда более весомым для супругов, чем просто факт, что здание было спроектировано Райтом. Особняк выглядел как дом для жизни, а «‎родство» с известным архитектором оказалось неожиданным приятным бонусом.

Летом дом наполняется таким светом и теплом, что родителям самим не хочется закрывать окна и укладывать детей спать: в 8 часов вечера здесь только-только начинает смеркаться, а закаты в этой местности потрясающие — в их красоте хочется буквально раствориться. Так что хозяева дома начинают на совершенно другом уровне понимать архитектора и его стремление создавать дома в гармонии с природой — даже в таких ранних проектах прослеживается фирменный почерк Райта.

А еще Дом Паркера дает своим хозяевам возможность знакомиться с людьми, которых вдохновляют работы Райта. «Мы владеем домом, который принадлежит чему-то гораздо большему», — поясняет Бёрр. «Это действительно захватывающе: чувствовать связь людей со всего мира — с тобой и твоим домом».

Frederick C. Robie House. Баррингтон. Иллинойс

Когда Дэйв Маккардл (Dave McArdle) и его будущая жена Джойс познакомились в старшей школе, их свидания проходили достаточно нетривиально — за просмотром домов Фрэнка Ллойда Райта в Оук-Парке и Ривер-Форесте. Спустя несколько лет они поженились и подыскивали себе семейное гнездышко, когда дом Фрэнка Хендерсона, построенный Райтом в 1901 году и нуждавшийся в серьезном восстановлении, был выставлен на продажу. Молодожены решили, что купить его будет очень символично. Во время ремонта супруги поняли, что им очень не хватает возможности спросить совета и поделиться собственным опытом реставрации с хозяевами других домов Райта. Так они основали «‎Общество сохранения зданий Фрэнка Ллойда Райта» — уже совместно с другими обладателями спроектированной архитектором недвижимости. В их числе есть даже несколько счастливчиков, кому довелось встречаться с Райтом и работать вместе с ним над проектами.

Спустя несколько лет супруги продали дом Хендерсона и провели следующие 20 лет в особняке, построенном по индивидуальному проекту ученицы Райта в Иллинойсе, а после — переехали во Флориду. На этом их история, связанная с наследием американского архитектора, могла бы закончиться. Но однажды с Дейвом связался коллега по недвижимости в Иллинойсе — теперь уже насчет выставленного на продажу дома Роби (Frederick C. Robie House) в Баррингтон-Хиллс, который, по слухам, собирались сносить. Но в 2016 году пара вновь покупает очередной дом Райта.

«‎Как ценители архитектуры, мы с Джойс всегда приходим в восторг от просмотра какого-то великолепного дома. Но настоящая жизнь в произведении искусства очень влияет на то, как вы начинаете воспринимать разные вещи на повседневном уровне», — рассказывает Дэйв. Каждая, даже самая незначительная, деталь дома Райта идеально «‎сонастроена» со всеми остальными элементами здания и интегрирована в окружающий ландшафт в целом, подобно искусной симфонии. Теперь хозяева дома начинают внимательнее отслеживать и другие жизненные паттерны и становятся более чуткими к моментам, когда что-то выбивается из привычного ритма — не только в плане дизайна и архитектуры.

Dorothy G. Turkel House. Детройт. Мичиган

Дейл Морган (Dale Morgan) был готов к переменам в стиле модерн, когда покупал дом Дороти Туркель (Dorothy G. Turkel House): «Раньше мы жили в очень традиционном средиземноморском доме, но решили, что хотим чего-то современного и модернистского». Забавное совпадение: за 20 лет до получения документов на право собственности Дейл побывал в этом доме Райта и подумал, что ни за что не стал бы жить здесь. Тогда он был в ужасном состоянии и нуждался в реставрации, крыша протекала — а сейчас гости Моргана удивляются тому, насколько уютным оказывается дом внутри.

Главное достоинство этого проекта, как и во всех работах Фрэнка Ллойда Райта, — в постоянном диалоге самого дома с природой. Сад буквально затягивает всех гостей в свои тенистые владения: когда к Моргану приходят друзья, они, разумеется осматривают дом и проходят по каждой комнате, но затем все сразу оказывается на террасе. В доме 500 маленьких окон размером примерно 60х60 сантиметров, и это дает бесконечные новые возможности наблюдать за миром с самых разных «‎точек зрения» — буквально. Но это еще и делает постоянное поддержание сада в идеальном состоянии почти таким же важным, как и уход за самим домом. Поскольку «микроскоп» с пятью сотнями линз постоянно прямо перед вами, случайно залетевший мусор или оборванные ветки становятся порой чересчур яркими и заметными, забирая на себя все внимание.

Вскоре после покупки дома Дейл пригласил семью и друзей на домашнюю вечеринку. «‎Одна соседка заглянула в музыкальную комнату с сотней маленьких окошек — и расплакалась: по ее словам, это было самым красивым местом, в котором она когда-то бывала», — вспоминает Морган. Она сказала, что эта комната заставляет ее чувствовать, что где-то в мире обязательно должен существовать бог, хотя сама является атеисткой. «Очень интересно наблюдать за тем, какие эмоции пробуждают в людях разные части этого дома», — продолжает замечать Дейл спустя несколько лет жизни здесь.

Curtis and Lillian Meyer House. Каламазу. Мичиган

На реставрацию дома Кертиса и Лилиан Мейер (Curtis and Lillian Meyer House), классического образца юсонианского стиля, у Дуга Лабрека (Doug LaBrecque) ушло целых 15 лет. В процессе он сотрудничал с архитекторами-специалистами по стилю Райта, и это принесло свои плоды: недавно дом был удостоен премии Wright Spirit Award, которая «отмечает усилия выдающихся людей и организаций, сохранивших наследие Фрэнка Ллойда Райта благодаря своей неустанной преданности и настойчивым усилиям».

«‎Я старался вернуть особняку его былое величие, а это сопряжено с большой ответственностью — как творческой, так и финансовой», — рассказывает Дуг. И вечным спутником становится еще и определенное беспокойство: «‎Ты все время боишься все испортить и чему-то навредить». При этом дом словно сам подсказывает, подталкивая в нужном направлении, задает нужный вектор и правила — даже ежедневная рутина хозяина меняется, когда он находится здесь. Дуг вовсе не жаворонок, но в этом доме встает рано: «Лучи солнца проникают в комнаты подобно солнечным часам — я встаю, пью кофе и сажусь наблюдать за птицами. Это мой распорядок дня в особняке — он сам заставляет тебя жить в гармонии с природой». С практической же точки зрения в доме не так много места для хранения вещей, поэтому это сподвигает его на более минималистичный образ жизни и отказ от бесконечного коллекционирования ненужных вещей.

Laura Gale House. Оук-Парк. Иллинойс

Любимое воспоминание Андреа Кейн из дома Лоры Гейл (Laura Gale House), который она купила вместе с мужем, — день их свадьбы. «‎Были только мы, наши дети и моя близкая подруга, которая нас поженила. У меня было ощущение, будто это дом свел нас всех вместе здесь», — рассказывает хозяйка. И это еще одна история о том, как фантазии влюбленных стали реальностью. Когда-то Андреа и ее еще будущий муж Энди прогуливались по улице мимо дома Лоры Гейл и думали: «‎Жить здесь — настоящая мечта».

Этот особняк стал предвестником Дома над водопадом — здесь Райт впервые применил систему независимых консольных балконов и навесов крыши, в которые спустя целый век влюбится и Андреа. А еще, по ее словам, внутри дом намного больше, чем кажется снаружи, и в нем достаточно комнат для всех членов большой семьи.

Если Райт проектировал свои объекты в гармонии с природой, то семья Андреа обрела собственную гармонию с этим домом. «У нас нет штор, потому что окна слишком великолепны. Они учат наблюдать за небом, подмечать разные его оттенки — и состояния природы». Недостатки дома семья воспринимает как незначительные неудобства, не создавая из них трагедию: например, иногда Андреа хотелось бы, чтобы у них был гараж или чтобы кухня была чуточку просторнее. Конечно, частный дом требует регулярного обслуживания — но это справедливо не только для проектов Райта. И хотя их часто критикуют за несоответстветствие современным стандартам (хотя они были построены в среднем 100 лет назад!), дом Лоры Гейн максимально соответствует потребностям семьи Андреа, что для них куда важнее. «‎Я знаю, что дома Райта называют непрактичными, но мы так не думаем и этого не замечаем. Каждый квадратный сантиметр этого дома работает на нас — и работает хорошо».