С 26 сентября 2026 года в Риене под Базелем постепенно начинает работу обновленный Фонд Бейелера, созданный Петером Цумтором (Peter Zumthor), а полностью ансамбль откроется в январе 2027-го. Интересно, что международное жюри единогласно выбрало именно предложение Петера Цумтора — и это после исследования, в котором участвовали 11 архитектурных бюро.
Архитектор распределил новые функции между тремя зданиями — разными по форме и материалам, — чтобы расширение не получилось слишком громоздким. «Если бы мы втиснули все функции на один участок, вышло бы одно большое здание, где все сжато в одну коробку, — объясняет он. — Я люблю художественные музеи, которые служат только искусству, поэтому и разделил разные функции».
Более того, в проекте видно, как Петер Цумтор чувствует это место: его сформировали старые виллы, сады, дорожки и вода. Он хотел, чтобы новая архитектура ощущалась частью этого, а не отдельным вмешательством.
Около 1500 квадратных метров выставочных площадей на трех этажах добавляет один только Музей Висс. Его неправильный Y-образный план построен вокруг существующих деревьев гинкго, секвойи и группы платанов — ограничения участка стали принципом организации здания. Большие окна обрамляют виды на зелень, а верхняя терраса соединяется с парком через наружную лестницу, продолжая движение за пределы галерей.
Музей построен в основном из юрского известняка, который Петер использует по всему зданию. Камень появляется в скамьях и лестницах, полах, потолке и минеральной штукатурке. Для самого архитектора материал связан с характером места и идеей новой виллы внутри исторического парка. «Мне было ясно, что этому парку нужна новая вилла. И теперь она у него есть. Конечно, вилла не из дерева. Она из камня. А если из камня, то это должен быть мой любимый камень: юрский известняк».
Фасад же из трамбованного бетона приобретает теплый желтый оттенок от местного известняка. Любопытно, что его почти год создавала вручную одна команда, оставив на поверхности тонкие вариации и следы процесса. Петер Цумтор сознательно принял эти неровности: они показывают, как здание было сделано, а не представляют фасад как идеально ровную оболочку. «Нужно видеть, как это строилось. Я хочу, чтобы люди понимали: это не просто фасад. Он формованный, слоистый, сделанный руками».
Интерьер здесь организован вокруг движения и меняющихся видов, а не обычного галерейного коридора. Архитектор описывает музей Висс как «одну большую спираль»: посетители поднимаются с улицы через непрерывную последовательность пространств и возвращаются к саду.
Такая циркуляция позволяет ландшафту оставаться частью музейного опыта. «Искусство не соревнуется с ландшафтом; они работают вместе», — так Петер описывает здание, где нет привычной закрытой галереи — вместо нее боковой свет и виды, обрамленные окнами.
Между двумя музейными зданиями и историческими постройками павильон Амманн работает как социальный центр всего Фонда. Это одноэтажное здание из стекла и дуба: оно открыто к природе вокруг, а вишня и груша внутри придают ему более теплый характер.
Павильон бесплатный и может работать независимо от часов музея. Днем это публичная гостиная, где посетители и прохожие могут сидеть, читать, встречаться или проводить время вместе. Вечером он становится площадкой на 250 человек для концертов, перформансов, лекций, кинопоказов и других культурных событий.
Здесь важной часть архитектуры была акустика: помещение должно было подходить и для музыки, и для встреч — а у них разные акустические требования. Петер описывает задачу так: нужно было создать достаточно горизонтального отражения для музыки и одновременно гасить более сильный шум от приемов и ужинов.
Сам павильон врезан в склон на уровне верхнего сада, а внутри он плавно идет вниз к сцене — этот перепад высот был здесь и раньше. «Для меня ландшафт, город и природа — самое ценное, что у нас есть. Если мы строим бережно, отвечая на ландшафт, если действительно видим его таким, какой он есть, то здание, которое мы проектируем, естественно уходит на второй план».
Более того, почти 10 000 квадратных метров бывшего частного парка теперь тоже открыты для публики. Новый участок продолжает английский ландшафтный сад XIX века, созданный Жаном-Франсуа Кайя (Jean-François Caillat), но выглядит более уединенным и неформальным: здесь луга с редкими видами растений, местные орхидеи, лесные зоны и водоемы.
Через пруд перекинут тонкий мост от Петера Цумтора. Он задает медленный ритм прогулки, а по пути открываются виды на работы среди деревьев, лугов и воды. К работам Александра Колдера (Alexander Calder), Дженни Хольцер (Jenny Holzer), Эллсуорта Келли (Ellsworth Kelly), Филиппа Паррено (Philippe Parreno), Томаса Шютте (Thomas Schütte) и Fischli/Weiss добавляются новые работы Луиз Буржуа (Louise Bourgeois), Пьера Юига (Pierre Huyghe), Рэйчел Уайтред (Rachel Whiteread) и Фудзико Накаи (Fujiko Nakaya).
Еще несколько существующих построек восстановили и дали им новые функции. Например, оранжерея, внесенная в список наследия и переосмысленная Индией Махдави (India Mahdavi), объединяет небольшую теплицу с магазином для любителей растений. Здесь высаживают в основном те виды, что уже прижились в Швейцарии. При этом учитывается, как растения могут отреагировать на изменение климата — к работе подключились ботанические сады и исследовательские институты.
Ammann Atelier принимает до 50 человек для образовательных программ по искусству. В первый год открытая студия также даст посетителям бесплатное место для собственной работы по выходным. Рядом комната для прослушивания с более чем 2000 виниловых пластинок — от джаза до электронной музыки. А самoe маленькое из новых пространств — Folly, компактный выставочный зал, колоннообразная форма которого напоминает небольшой классический храм.
Erlen Torhaus отмечает переход от деревни к природному заповеднику. Его нижний уровень принимает поставки произведений искусства перед тем, как они спускаются в зоны подготовки выставок, а верхние этажи занимают рабочие пространства. Здесь простой деревянный фасад облицован тонированным дубом — это отсылка к студии Петера Цумтора в Хальденштайне.
Первая крупная выставка после расширения — Constellations — объединит более 200 работ из коллекции Фонда Бейелера и частных собраний в двух музейных зданиях, парке и исторических постройках. Она будет меняться вместе с сезонами, позволяя разным работам и пространствам выходить на первый план по мере движения посетителей по ансамблю.
