Новый ландшафт — не фон и не декоративная прослойка между архитектурой и человеком. Это активный участник городской жизни, который работает с климатом, маршрутом, сценарием дня и тем, как мы чувствуем себя в городе. Особенно ясно это видно в зонах со сложным контекстом — историческим, индустриальным, визуально плотным.
В таких местах невозможно проектировать ландшафт как «универсально красивое озеленение». Здесь нужна точная настройка между жесткой геометрией города и живой, изменчивой природной средой. Центральная роль в подобных решениях обычно отводится бульвару как общественной оси. Он не просто соединяет здания, а собирает повседневную жизнь: движение, паузы, встречи, короткие маршруты. Здесь работает чередование сценариев: открытые зоны, участки тени и света, проходы и места для остановки. Такой ритм делает среду живой, а не стерильной.
Оперный парк в Копенгагене
Пит Удольф на фоне сада Лури в Миллениум-парке в Чикаго
Принципиально важно и то, как первые этажи, которые занимают преимущественно коммерческие точки и ритейл, взаимодействуют с ландшафтом. Когда функции на уровне земли ориентированы в сторону бульвара и открытых пространств, ландшафт перестает быть «между фасадами» и становится частью городской сцены. Так формируется пространство, которое работает не только на жителей, но и на район в целом.
Парк La Pista 500 на крыше туринского завода Fiat. К испытательному треку на крыше в 1990-е годы Ренцо Пиано добавил сферическую конструкцию.
Как это работает на практике
Пример того, как бывшая промзона может обрести новую эстетику — культурный квартал «Брусницын» на Кожевенной линии Васильевского острова. В основе ландшафтного решения — концепция «новых многолетников» (new perennials), идеологом которой является голландский ландшафтный дизайнер Пит Удольф. Композиция строится на выразительных растительных акцентах: архитектурных злаках, дикоросах, шалфее и эхинацее.
Растения размещены в лаконичных кашпо из бетона и кортеновской стали, строгая геометрия которых подчёркивает минималистичный характер проекта. Эти растения не теряют художественной выразительности в холодное время года: их силуэты сохраняют графичность, а их лёгкие движения под порывами балтийского ветра становятся частью концепции. Контраст такого озеленения с фактурой краснокирпичных стен старой кожевенной фабрики и панорамой Финского залива придаёт пространству особую стилистическую глубину и современную актуальность.
«Сады Колдера» в американской Филадельфии — проект Пита Удольфа, открывшийся в сентябре 2025 года. Здесь ландшафт с более чем 250 видами местных и многолетних растений спроектирован в диалоге с архитектурой Herzog & de Meuron и скульптурами знаменитого художника Александра Колдера. Сад не является фоном для искусства: он сам становится динамичным, меняющимся во времени экспонатом, с которым работы Колдера вступают в постоянный диалог.
Пит Удольф. Ланшафтный проект «Садов Колдера»
В «Исцеляющих садах Сколково» ландшафт стал частью медицинской программы. Несколько садов спроектированы так, чтобы обеспечивать разную физическую нагрузку, а растения подбирались с учётом их влияния на психоэмоциональное состояние. Само пребывание в пространстве оказывает комплексный эффект через общение, природные звуки, вкусы, ароматы, визуальную составляющую, разнообразный тактильный опыт. Это уже не просто ландшафтный дизайн, а инструмент терапии. Проект показал, что ландшафт может участвовать в здоровье человека так же серьёзно, как здание клиники.
Бюро городской среды «Пространства» (Spaces). «Исцеляющие сады Сколково», Москва.
Parco del Mare — это 7,5 км средиземноморской набережной в Римини (Италия), где вместо асфальта появились проницаемые покрытия, искусственные дюны с местной растительностью и непрерывные велосипедные и пешеходные маршруты. Экологическая реставрация здесь напрямую увязана с экономикой туристического города: проект снижает температуру поверхности до +20°C, поглощает 150 тонн CO₂ в год и одновременно продлевает туристический сезон, создавая пространства для велнеса, спорта и культурных событий. Это пример того, как ландшафт работает не как «озеленение», а как инфраструктура климатической и экономической устойчивости
Набережная Parco del Mare в Римини
В жилом комплексе «Ботаника 2» в Екатеринбурге был спроектирован двор на крыше стилобата. Это не просто «озелененная кровля», а полноценный парк с детскими площадками, зонами для воркаута и местами для уединения. При этом каждый квадратный метр был проверен на инсоляцию, ветровые нагрузки и нагрузку на перекрытия. Растения подбирались по их способности выживать на высоте. Такой подход — пример того, как инженерные ограничения становятся отправной точкой для архитектурного решения.
Бюро городской среды «Пространства» (Spaces). Рендер сада на стилобате. ЖК «Ботаника 2» в Екатеринбурге.
Устойчивость и синергия
Новый ландшафт не борется с природными процессами, а включает их в проектную логику: тень как инфраструктура, посадки как микроклимат, биоразнообразие как фактор устойчивости, а не декоративный бонус. Сезонность и изменчивость погоды становятся частью городских сценариев. Новые подходы к ландшафтному дизайну как раз и возникают на контрасте четкого городского каркаса и природной динамики.
Главный признак качественного общественного пространства сегодня — не то, как оно выглядит в день открытия, а то, как работает через год, три, пять лет. Если место удерживает людей, поддерживает городской ритм, дает тень, воздух, вариативность сценариев и при этом не теряет характер, — значит, ландшафт сделан правильно. Именно на стыке городской дисциплины и природной свободы сейчас рождается по‑настоящему современная среда.
Бэттери-парк в Нью-Йорке, обновленный Питом Удольфом
