«Я всегда говорю, что это английский загородный дом во Франции», — говорит Кен Миллар (Kyong Millar) о La Maison de Frédéric, своем доме для отдыха на юге Франции. Вместе с мужем Донни она купила 500-летний дом в провансальской деревне под Юзесом в 2020 году.
Пара десять лет ездила в отпуск на юг Франции, прежде чем решились на покупку: им нравился медленный образ жизни, но дома, которые они снимали, не устраивали их с точки зрения дизайна и удобства. Деревни Люберона им не подходили — «мы хотели учить французский в рабочем городке, где люди действительно живут», — говорит Кен. Такой общиной показался Юзес в 40 километрах от Авиньона, он и стал центром поисков.
Абажуры, Pooky. Винтажная кушетка перетянута тканью Schumacher. Синий бархатный диван, Neptune.
La Maison de Frédéric они видели и раньше, но на покупку подтолкнула пандемия. «Как и все, мы переживали экзистенциальный кризис на первом локдауне, — объясняет Кен. — Я человек занятой, но мой магазин был закрыт, все сидели дома, и я начала спрашивать себя: это моя жизнь? И мы просто купили дом».
Обеденный стол найден на антикварной ярмарке в Баржаке, а стулья — у дилера в Л'Иль-сюр-ла-Сорг.
Сделка заняла год, но мечта сбылась: дом стоит в центре средневековой деревни, недалеко от лавандовых полей и в 15 минутах от любимых кафе и антикварных магазинов. Прежние владельцы модернизировали его около 30 лет назад, но эстетически и практически дому требовался серьезный ремонт. Так начались четыре года реставрации — и именно тогда сформировались интерьеры, которые Кен придумала сама.
Пара выделила место для уютного ТВ-уголка отдельно от главного салона. Бархатный диван, BHV. Обои, Pierre Frey.
После 25 лет управления своим бутиком у нее наметанный глаз и ясное понимание, что ей нравится. В доме много отсылок к эксцентричным и неформальным старым английским домам — особенно в использовании цветочных принтов Pierre Frey и House of Hackney, но никогда в ущерб подлинному характеру дома. Получилась цельная палитра мягких нейтральных тонов с гармоничной смесью принтов и акцентами голубого, который проходит через весь дом. Комнаты наполнены антиквариатом и разным декором. Повсюду — композиции из предметов и искусства с местных блошиных рынков.
«Я не дизайнер интерьеров, но называю себя декоратором — я люблю украшать, — уточняет Кен. — Я действительно чувствовала ответственность и хотела сделать все правильно для этого дома».
Пара цветочных кресел, Neptune.
Обои, House of Hackney. Раковина, Burlington. Освещение в ванных, Jim Lawrence.
Раковина, Burlington. Обои, House of Hackney. Зеркала, Neptune.
Дом уже имел хорошую основу, которую женщина просто подчеркнула своими переменами. Внутри планировка в основном осталась прежней, но ванные стали больше и роскошнее, а бывший хлев стал большой прихожей. В центре — огромный потертый стол плотника, одна из любимых антикварных находок Кен. В коридорах «хоббитские» дверные проемы заменили на высокие двери, чтобы соответствовать современному росту, а книжные полки на заказ дали необходимое место для хранения.
Скамья — один из многих антикварных предметов, купленных у прежних парижских владельцев вместе с домом. Ротанговые бра, Atelier Vime.
Тщательно подобранный антиквариат в каждой комнате выглядит так, будто всегда там был. Но кухня — сердце этого дома, и она совершенно новая. Темные шкафы от DeVol стоят под толстыми деревянными балками, а плита Lacanche — чтобы готовить то, что привезли с фермерских рынков. Кстати, все шторы и оконные драпировки в доме сделаны на заказ.
Антикварный кухонный стол куплен у прежних владельцев дома. Стены по всему дому выкрашены в оттенок Slipper Satin от Farrow & Ball.
В главной спальне — большая кровать с балдахином, сделанная в Экс-ан-Провансе из тканей Pierre Frey и Pindler, с антикварной люстрой и абажурами Pooky. В еще одной гостиной — винтажный ковер от Frances Loom, диван в клетку, перетянутый Фабьен Рустан (Fabienne Roustan) тканью Schumacher, и стеклянный шкаф из Нормандии.
Ткани, Pierre Frey и Pindler.
Балдахин, Pindler. Абажуры, Pooky.
Винтажные кресла перетянуты тканью Pindler.
Юбка кровати сделана на заказ Фабьен Рустан, балдахин изготовлен в Экс-ан-Провансе из ткани Pindler.
Интересно, что изначально дом не планировали сдавать, но в процессе передумали. Поняв, что на этом этапе жизни не смогут бывать там так часто, как хотелось бы, пара решила открыть дом для бронирований. «Я подумала, что такое красивое место не может оставаться пустым, — говорит Кен. — Я верю, что у дома есть душа, и он создан для того, чтобы в нем жили. Мне хорошо, когда я туда возвращаюсь, и я чувствую, что в доме была жизнь».
Изголовья сделаны на заказ Фабьен Рустан из ткани Pierre Frey.
Чтобы закончить дом, пришлось вложить все — физически, финансово, эмоционально. «Если бы этот дом был только для нас, мы бы никогда не сделали его на таком уровне. Но как только мы решили его сдавать, это была точка невозврата, и мы знали, что должны идти до конца. Мы с мужем шутим, что каждая вещь здесь лучше, чем в нашем доме в США, вплоть до столовых приборов», — смеется женщина.
Ванна и сантехника, Burlington. Обои, House of Hackney.
