Индиго

Основатель CAN Мэт Барнс, создавая интерьер своего дома в пригороде Лондона, черпал вдохновение в массовой культуре, парках развлечений и музеях. Он полностью перестроил ветхий дом эдвардианской эпохи и превратил его в красочный, причудливый семейный дом. «Это скорее набор случайных идей, чем единый подход», — объясняет он. Яркое, открытое пространство контрастирует с мрачноватой, но в то же время уютной монохромной гостиной. Присмотритесь к лепным украшениям — это дань уважения английскому архитектору Джону Соуну, который, между прочим, жил в этом доме!

Источник: Джим Стивенсон
Фото

Джим Стивенсон

Розовый

Дизайнер Грег Натале любит максимализм. Одним из его ярких проектов стал дом для давней подруги и ее большой семьи. Увы, вскоре после завершения проекта заказчицы не стало, но ее творческое видение пронизывает здесь каждый сантиметр. Вот, например, почти полностью розовая ванная с эффектными черными акцентами. Розовый дощатый потолок сочетается не только с мелкой розовой плиткой, но и с бетонным потолком. «Моя страсть к многослойности не отменяет того факта, что в душе я модернист», — говорит Грег.

Источник: Энсон Смарт
Фото

Энсон Смарт

Белый

Мы уже откровенно устали от стерильно-белых интерьеров. Но есть что-то цепляющее и, возможно, пугающе в этой белоснежной комнате. Дизайнер Фиона Бирн просто захотела обновить интерьер своей квартиры, и ее решение начать с чистого листа выразилось очень, скажем, буквально. Она думала расширить тесные комнаты, но вместо того, чтобы сносить стены, просто выкрасила их в total white. «Я всегда мечтала жить в художественной галерее, — говорит она. — Белая палитра дает вам пространство для творческого мышления».

Источник: Женевьева Гарруппо
Фото

Женевьева Гарруппо

Желтый

Заказчица мечтала возродить в этой квартире атмосферу 1960-х, и позвала для этого дизайнера Натали Треджетт. «Оригинальные дома 1960-х годов — большая редкость. Все было устаревшим, обветшавшим, но в этом откровенном ретро был сразу виден большой потенциал», — вспоминает хозяйка. Проблему с низкими потолками она не стала решать обычными для таких случаев хитростями — никакого белого и зеркальных поверхностей. Вместо этого — насыщенный оттенок желто-оранжевого.

На потолок нанесли цветные полосы, напоминающие солнечные лучи, The Finished Effect. Этот орнамент дизайнеру подсказал принт на платке от Emilio Pucci. «Я посмотрела, как узор заключен в квадрат платка, и воспроизвела его», — говорит Натали. Светильник 1960-х годов, Anemone Interiors. Кресло Ekstrem, дизайн Терье Экстрема. Стеллаж, дизайн Людвика Волака. | Источник: Кристофер Хорвуд

На потолок нанесли цветные полосы, напоминающие солнечные лучи, The Finished Effect. Этот орнамент дизайнеру подсказал принт на платке от Emilio Pucci. «Я посмотрела, как узор заключен в квадрат платка, и воспроизвела его», — говорит Натали. Светильник 1960-х годов, Anemone Interiors. Кресло Ekstrem, дизайн Терье Экстрема. Стеллаж, дизайн Людвика Волака.

Фото

Кристофер Хорвуд

И снова розовый

Дизайнеры бюро Wood Marsh работали с квартирой в доме XVII века. Они старались выдержать баланс между классикой и современностью. В основном тут белая палитра, но и без неожиданно ярких красок не обошлось: столовая, например, окрашена в лососевый розовый. Такой выбор цвета вдохновлен старинными росписями в комнате, что подчеркивает диалог между старым и новым.

Обеденный стол Mеtiers из мрамора, дизайн Энцо Мари для Hermès. Стулья Cab Chairs, дизайн Марио Беллини для B&B Italia. Люстра изготовлена заказ, дизайн Натали Циглер Паскуа. Полоски на стене — роспись Даниеля Бюрена. | Источник: Томмазо Сартори

Обеденный стол Mеtiers из мрамора, дизайн Энцо Мари для Hermès. Стулья Cab Chairs, дизайн Марио Беллини для B&B Italia. Люстра изготовлена заказ, дизайн Натали Циглер Паскуа. Полоски на стене — роспись Даниеля Бюрена.

Фото

Томмазо Сартори